– Почему?

– Потому что никто ничего не будет делать. Обычно полагают, что коррупция затрагивает только высшие эшелоны власти. Однако это не так. Она полностью пронизала все наше общество. Низовая, или бытовая коррупция широко распространилась не только среди чиновников и государственных служащих. Она в системах образования и здравоохранения, в судебном сообществе и адвокатуре, в армии, правоохранительных органах. В торговле, в СМИ и даже в интернете. Парадокс, но в какой-то степени она стала полезной. Благодаря коррупции, кое-как функционирует наше абсолютно неэффективное государство. Люди свыклись с ней. И если сейчас предпринять жесткие меры по противодействию ей, то может остановиться все. Кстати, в Италии существует очень эффективная форма забастовки, когда государственные служащие начинают работать строго по инструкции. И деловая жизнь в стране замирает.

— Как-то не думал я в эту сторону.

— Вот Вы, Игнат, сейчас за взятку можете получить услугу, или «отмазаться» от инспектора ДПС. А Вас будет переполнять гордость за свою страну, если инспектор не возьмет пять тысяч, но лишит вас прав?

– Трудно сказать, если честно.

– Поэтому менять систему и правила игры надо крайне осторожно и аккуратно, чтобы не навредить и не наломать дров, не обрушить экономику страны. А для этого нужны знания и политическая воля. В конце концов, коррупция и воровство были всегда и во всех странах. Они и сейчас широко распространены на Западе. Можно было бы позволить чиновникам и государственным служащим и впредь воровать, и брать взятки, если бы при этом они что-то делали для страны и народа. Но беда в том, что подавляющее число их, а также представителей правящей элиты – некомпетентны, слабы и безвольны, толком ничего не знают и не умеют. И совершенно не хотят что-то знать и чему-либо учиться. Их задача проста – усидеть на теплом месте и при этом ни за что не отвечать. Да и в бизнесе дела обстоят не лучше. Частные предприятия эффективнее государственных лишь на уровне малых и средних компаний. А крупные корпорации по эффективности мало чем отличаются от госструктур: их сотрудники фактически – те же служащие и так же некомпетентны и безответственны. Кого не возьмешь – чиновников от бизнеса, офисный планктон, про ученых мы уже говорили, – везде одно и то же. У людей исчезла мотивация в чем-то разбираться, стать специалистом, профессионалом. Сплошная безответственность, профанация и некомпетентность! Как следствие, коррупция и воровство оказываются гораздо меньшим злом, чем некомпетентность. А чиновникам проще признаться во взяточничестве, чем в отсутствии компетенции и профнепригодности.

– Думаете, везде все так плохо?

– А Вы как полагаете? Мне известны руководители ведомств, ни разу не читавшие законы, определяющие их работу. Вы представляете, министр не знает закон, который обязан исполнять, а его подчиненные мало чем от него отличаются. И что делать с этой ордой бездельников и профанов? Гнать? А куда? И кто на их место придет, такие же неумехи? Поэтому проблема кадров сейчас стоит в стране на первом месте.

– Да, Аттила, это серьезный вопрос.

– Сейчас все вопросы серьезные. Они возникают, когда с этим сталкиваешься. И, как лавина, вызывают новые вопросы, требующие безотлагательных решений.

– У Вас есть ко мне какое-то конкретное предложение? – Игнат вновь резко сменил тему.