Еще Игнат дружил с Верой, девушкой Костика, с которой те давно жили вместе, но почему-то никак не узаконивали свои отношения браком. Так вышло, что Вера стала для него близкой подругой. На темы, которые Игнат иногда обсуждал с ней, он не говорил даже со своими любовницами. Вера была для него частью Константина, такой же неотъемлемой как, например, умная улыбка Костика или его уверенный оптимизм.

Костик работал юристом у отца их одноклассника Святослава, умершего от передозировки наркотиков в девяносто четвертом, на первом курсе Академии ФСБ, куда его устроил учиться отец. Когда Святослав «отключился» от завышенной дозы прямо в казарме, его сокурсники, не имея опыта действий в подобных случаях, не придумали ничего лучше, чем накрыть умирающего шинелями. Спрятали от начальства. Шанс откачать Святослава был упущен, и он не проснулся больше, войдя в список вычеркнутого из жизни поколения детей тогдашней элиты.

Папа Святослава, с которым Игнат лично никогда не встречался, видимо, перенес часть нереализованных отеческих чувств на Константина. И, судя по всему, получал удовлетворение от проделанной работы над своим воспитанником и от общения с ним. Это был бывший «Вымпеловец», хотя настоящие чекисты, как известно, бывшими не бывают. Он крутился с начала девяностых в полулегальном бизнесе, сумел выплыть в двухтысячные, сохранив жизнь и какие-то активы, и взял к себе в команду Костика на должность юриста.

Костик заочно окончил юридический факультет какого-то среднего университета, у которого тогда еще не отобрали лицензию, параллельно трудясь на своего благодетеля. Работу Костик делал разную и иногда не совсем обычную, как самурай упорно выполнял кодекс «Бусидо», был честен и предан своему сюзерену. В основном это были тяжбы с имуществом, рейдерские захваты и прочие отголоски противостояния силовых и финансовых структур. Игнат никогда не задавал вопросы о том, чем конкретно занимаются Константин и его босс, и старался не делать поспешных выводов из отрывочных сведений, которые содержались в смешных, а иногда страшных историях, рассказываемых его другом за рюмкой коньяка.

– Привет, Костик! Не отвлекаю?

– Здорово, я в офисе, рублюсь в преф в онлайне, – Костик был бодр и весел. Его интернет-зависимость проявлялась не только в эпистолярном общении, но и в разговорной речи.

– Ну и как успехи?

– Сплошной «Сталинград».

– Понял. Все как в жизни, короче. В темную играешь.

Костик засмеялся. Большую часть своего рабочего времени он просиживал в сети, черпая информацию в открытых источниках. Параллельно он занимался глупостями или играл в преферанс. Но когда была необходимость в оперативной деятельности, со всей отдачей подключался к процессу. И тут его было не остановить, он пер напролом, пользуясь накопленной информацией и решая не решаемые задачи. За что и ценился. Это был его несомненный талант – быстро находить и использовать требуемые данные или нужную юридическую практику. Информация – это власть, и Костик, помимо ерунды, вытягивал из сети все нужные новости. Он старался быть в курсе всех предстоящих изменений в законодательстве по тем областям, которые охватывали юридические интересы его предприятия.

– А ты чего на работе в воскресенье? Вера выгнала?

– Есть небольшие дела, требуется мое присутствие. А ты как?

– Да я вчера в переделку небольшую попал, со всеми вытекающими. Теперь у меня дома спит белокурое такое последствие, а я сбежал.