— По-моему, о мужчине можно судить по тому, кто его спутница, и как он относится к ней. А судя по выражению твоего лица, тебе пора завязывать не только со своей подругой жизни, но еще и со стимуляторами! А то договоришься до чего-нибудь очень неприятного.
Лицо парня начало сереть еще больше, бегающие ранее глаза узкими пронзительными щелками уставились на противника, пытаясь испепелить Игната на месте ненавистью.
– Ты что базаришь вообще, давай, тусуйся отсюда…
Игнат только и ждал кульминации встречной агрессии, теперь он подпитывался ею. Его богатый опыт ведения переговоров помогал ему в общении и с клерками, и с блатными. Тем более с теми, кто, будучи клерками, пытались разговаривать на языке блатных. «Дерганый» не понимал, что для Игната он не соперник, так, дичь.
Происходящее в голове оппонента уже входило в планы Игната. Его пытались запугать, и он знал, что делать дальше. Тем более, что по внешнему виду о физических возможностях и навыках Игната сказать что-либо было трудно. Не каждый мог разглядеть за его худобой потенции хорошего бойца, силу гончей. Он резко перебил «дерганного», снизив тембр голоса, придав ему вкрадчивость и смакуя каждое слово. В нем даже появилась хрипота, так любимая исполнителями отечественного шансона.
– Ты что, от жизни по жизни решил поговорить? Только слог дилетанта выдает! А тусануть тебя и самого можно! – Он, демонстрировал свою опытность в подобного рода разговорах и ситуациях. Но главными сейчас были не слова, а интонация, он зомбировал противника, как удав бандерлога. – Или, забыл, кто ты и где находишься? Так я напомню и объясню, если не понятно. И то, чем все для тебя кончится! А кончится тем, что ты будешь бояться на работу ходить! А если придешь, то будешь бояться выходить курить! А вот я курить буду часто!
Игнат увидел в глазах «дерганого» сомнение. Он уловил тень страха, и это был сигнал. Запущенные им программы действовали, он не собирался их останавливать, ему захотелось крови.
Он коротко ударил парня правой в солнечное сплетение. Тот, согнувшись, отступил на пару шагов назад и присел, пытаясь глотнуть воздуха и икая. Точный и не очень сильный удар сбил его дыхание. Игнат понимал, что теперь может делать с ним все что угодно, противник проиграл. Добивать он не стал, но позой своей показывал, что в любой момент готов ударить снова.
Однако парень отказался от поединка и лишь бормотал что-то невнятное. Стоящие рядом клерки делали вид, что пытаются разнять драку: один с поднятыми руками, как сдающийся «фриц», плясал вокруг Игната, другой блокировал сидящего в удивлении «дерганого». Кто-то из них непонятно для чего сунул парню бумажные салфетки. Тот взял их в руку и начал вытирать зачем-то лицо.
Видя, что все кончено и продолжения не будет, Игнат по-кошачьи приблизился к напуганному противнику и со злой улыбкой на лице начал тихо объяснять ему разные варианты дальнейшего развития событий, не обращая внимания на окружающих. Вышел охранник, хорошо знакомый Игнату, прикормленный постоянной вежливостью и редкими дружелюбными разговорами ни о чем. Естественно, он сразу занял его позицию, не став вдаваться в подробности произошедшего. Началась небольшая суматоха. Вышла покурить группа из трех дам, которые принялись обсуждать какие-то рабочие моменты. Игнат выпрямился и достал еще одну сигарету из пачки, ту, что курил ранее, он потерял.