Андрей, походя, заглянул Игнату в глаза, увидел потухший взгляд и замолчал, ожидая реакции.

– Да, я не такой хороший, – Игнат подумал, что вчерашний вечер подтверждает эти слова.

– Я даже не про это сейчас, а про силу и слабость. Хочешь, я тебе одну историю расскажу, раз ты такой податливый сегодня?

– Давай, только про податливость не надо. – Игнат набрал короткий номер Эллочки, сказал, что у них совещание, и чтобы ни с кем пятнадцать минут не соединяла. Андрей продолжил:

– Была у меня девушка. Так получилось, что мы были гражданами разных государств, хотя и родились в одной стране. Я – из Москвы, она из Харькова. Я жил там около полугода, ну и закрутилось. Я ее любил, она мне платила чем-то похожим. Очень была интересная девушка, но не простая, естественно. Она родилась в известной в городе еврейской семье, отец ее был цеховиком при советской власти, а мать – директором первого в городе комиссионного магазина.

– Знатная невеста, как я понял?

– Не спеши. Ее отец, помимо подпольного производства, был карточным игроком, каталой, короче. И вертелись вокруг него не только деньги, но и разные люди: воры в законе, крупные партийные чиновники, позже – авторитеты времен перестройки и прочие, сам понимаешь.

– В общих чертах.

– Она, породистая, умная красотка, попала с детства в эту среду, точнее, жила в ней. Общалась с аферистами, потом сама начала участвовать в разных разводах, не для наживы, но ради азарта, острых ощущений и самовыражения. Ее даже посадить пытались, откупилась. А женщин в преступном мире можно поделить на две категории. Для блатных и бандитов они – либо девки, каких много, либо соратницы и верные подруги. Те, кому можно доверять, на кого можно рассчитывать и надеяться, «свои в доску». И с кем время проводить приятней, естественно. Таких очень мало, и она была из их числа.

Игнат слушал, не перебивая. Ему были понятны многие взаимосвязи этой истории, наверное, даже лучше, чем самому Андрею. И он лучше, чем Андрей, все себе это представлял, но решил не делиться с ним своими познаниями в этой области.

– Ну и, сам понимаешь, друзья у нее остались из той, непонятной мне жизни, из странного для меня мира. Единицы, выжившие в период начального накопления капитала, из полукриминальной среды. Что она в этих порочащих связях искала, я не знаю. Женское сердце – загадка. Так вот, был у нее друг, они даже встречались в юности, пока его не посадили в первый раз. Знакомы были лет двадцать. Она, кстати, была чуть старше меня и, я думал, мудрее. Не суть. Ее с этим человеком многое связывало. Он у нее на глазах человека убил, а если бы не она, то убили бы его.

– Забавно. Это как так?

– Там темная история, но я знаю подробности. Она в машине его ждала, плеер слушала, пока он с двумя братьями дагестанцами какие-то вопросы решал. Смотрит она и видит из машины, что один из братьев достал нож, другой сзади бьет бутылкой ее друга по голове. Она выскочила из машины, одного из братьев, что с бутылкой был, оттаскивать от него за одежду начала. Дала своему товарищу пару секунд сориентироваться и ударить самому. Друг ее в это время у второго брата нож за лезвие из руки выхватил. Итог – один труп, в машине умер, по дороге в больницу, другой, порезанный, выжил.