АЛИСЕ (фигурально выражаясь)

Учить героизму прожитых лет

Не всякий, конечно, сможет.

Королева казнит. В кандалах валет.

Ручьями морщины по коже.

Сломлена воля прекрасных дам.

Старость кинжалом в спину.

Знакомиться можно, но съесть не дам

Пудинги правил тоскливых.

Дрожь зазеркалья. Рябь анаграмм.

Слой пыли.  Стёкол разводы.

Лабиринт отражений буддистских лам.

Осанка не знак породы.

Погремушек осколки как эхо битв.

Но розы молчат – тайна ночи.

Пешки в ферзя, по лезвиям бритв.

Ведьма стать феей не хочет…

СМС получилось аж четыре штуки, он не знал, склеятся ли они правильно на ее телефоне, да и стихотворная патетика могла выйти искаженной. Выдохнув со стихами накопившиеся в нем переживания и страсти, он твердо решил, что больше писать сегодня не будет, поедет домой, почитает в коем-то веки в одиночестве. Хотелось повертеть в руках купленные в выходные книги и спокойно заснуть под запах типографской краски.

Немного ругая себя за романическую сентиментальность, проявленную в стихах, Игнат бодро собрал портфель и побежал из офиса, пешком, по лестнице вниз. В это время на работе оставались лишь слишком деловые руководители отделов либо менеджеры, пьянствующее прямо в офисе по случаю очередного сабантуя, и он немного опешил, столкнувшись внизу у лифта с тем самым дерганным клерком, которого вчера ударил. Самое смешное, что больше всего опешил не Игнат и даже не клерк, а охранник, тот самый, при котором все произошло, видимо, только что заступивший на ночное дежурство. По выражению его лица из-за баррикады рецепшен, по обреченному взгляда спаниеля он увидел готовность к худшему.

– Добрый вечер, – бросил Игнат охраннику, больше не удостоив его ни вниманием, ни взглядом.

– Пошли, покурим на дорожку, – тихо сказал он в сторону, поравнявшись со своим вчерашним соперником. И молча, не оборачиваясь, первым шагнул на улицу, под козырек подъезда, к курилке.

Он вдохнул вечернюю сырую прохладу, достал сигарету, прикурил, протянул горящую зажигалку запутавшемуся в своих сигаретах клерку.

– Знаешь, ты извини меня за вчерашнее. Сам не знаю, что на меня нашло.

Менеджер недоверчиво взглянул на Игната через опущенные брови. Видимо, он готовился к другому повороту событий.

– Тебя как зовут? Я Игнат.

– Михаил, – менеджер тянул сквозь зубы, но руку подал не раздумывая.

У Игната завибрировал телефон. Он увидел, что звонит Света, коротко ответил, что не может говорить, перезвонит через десять минут. Ответив, он повернулся к молча дымившему в сторону Михаилу.

– Знаешь, я просто со своими бабами разобраться не могу, вот и бросаюсь на людей из-за чужих.

Игнат сделал паузу, давая собеседнику почувствовать искренность своих слов.

– Хорошо, что я тебя встретил, хоть камень с души сбросил. Спасибо, кстати, что заяву на меня не написал. Не написал ведь?

– Не написал. Я этой мазью не мажусь.

– Вот и славно. Ты без машины? Пошли, подброшу тебя до метро, если по пути.

– Давай.

Мишу он добросил до Таганки, так тому было удобней. По дороги они говорили о работе, Игнат пообещал на днях поставить пиво в знак примирения. Он подумал, что бывает, враги вдруг становятся друзьями, хотя слово враг звучит здесь с натяжкой. Да и прав был Андрей, Михаил нормальный парень, это все его, Игната, тараканы и комплексы.